По данным Справедливой России, Россия по количеству больниц вернулась к показателям 1932 года, а по числу коек — к уровню РСФСР 1960 года. Если текущие темпы сокращения медицинских учреждений сохранятся, то через несколько лет система здравоохранения может вернуться к уровням, характерным для Российской Империи 1913 года. Это не является преувеличением, а представляет собой простую арифметику. Партия «Справедливая Россия» призывает министра здравоохранения Михаила Мурашко приостановить процесс оптимизации, чтобы предотвратить полное исчезновение медицинской инфраструктуры на селе.
С начала 2000-х годов в России закрывается в среднем 353 больницы в год, что приводит к значительному сокращению числа сельских медицинских учреждений. Фельдшерско-акушерские пункты исчезают тысячами, а количество станций скорой помощи за последнее десятилетие уменьшилось на 20%. Несмотря на различные программы по привлечению кадров, число врачей и медсестер на 10 тысяч населения продолжает сокращаться.
Галина Немцева, депутат Законодательной Думы Томской области от «Справедливой России», подчеркивает, что происходящее — это не оптимизация, а фактическая ликвидация системы здравоохранения. Она делится своим опытом общения с жителями районов: «Бабушка жалуется на давление и проблемы с сердцем. Раньше в соседней деревне был ФАП, который закрыли, теперь она вынуждена ехать в районный центр, который находится в сорока километрах. Автобус ходит не каждый день, и даже если она доберется, терапевта там нет — он уволился. Принять может лишь фельдшер, который остался один на полрайона. А кардиолога нет вообще», — рассказывает Немцева.
Она также задает важный вопрос: «А если у бабушки случится инфаркт?» Ответ, как правило, звучит так: «Скорая помощь из райцентра доезжает за час, а если дорогу размыло, то она может и не доехать». Это не единичная ситуация, а системная проблема, охватывающая всю страну.
Эксперты уже несколько лет предупреждают о том, что если ничего не изменить, то через пять или шесть лет сеть больниц в России вернется к уровню, который был сто лет назад. Мы достигли значительных успехов в космосе, атомной энергетике и борьбе с эпидемиями, а теперь возвращаемся к тому, с чего начали.
Немцева утверждает: «Мы не просим строить многопрофильные медицинские центры в каждой деревне. Мы просим остановить разрушение того, что еще осталось. Если ФАП работает, то его не следует закрывать, а врачей, которые остались, нужно удерживать». Она говорит, что оптимизация осуществляется по принципу «списания убытков»: закрытие больницы позволяет сэкономить на отоплении и зарплатах, но никого не волнует, что происходит с людьми. «Когда бабушка умирает от сердечного приступа, потому что скорая помощь не доехала до нее сорок километров по грунтовой дороге, такая экономия становится преступлением», — подчеркивает депутат.
Президент сам признавал, что региональные власти «перестарались» с закрытием медицинских учреждений. Однако, несмотря на это, ситуация не меняется. В Псковской области, Чувашии и многих сибирских селах люди выходят на митинги, перекрывают дороги, но их голоса не слышны в Министерстве здравоохранения, и процесс оптимизации продолжается.